30 октября в Украине завершился процесс электронного декларирования имущества государственными чиновниками. Впервые за всю историю государства 115 тысяч человек сделали опись всего имущества, которым они владеют. Задекларированное поражает ум и воображение многих. До сих пор в шоковом состоянии пребывают журналисты, социальные сети, ну, и, конечно, обычные украинские граждане. Дальше — дело за антикоррупционными органами, которые должны проверить законность приобретения всего этого имущества.
Имущественная амнистия
Электронное декларирование, на котором настоял Евросоюз, можно считать первой имущественной амнистией для украинских чиновников. Отныне им больше не придется записывать свои сбережения и имущество на бабушек, дедушек, тещ и котов, как это было в предыдущие годы. Более того — данные об имущественном состоянии «слуг народа» теперь находятся в публичном доступе.
В отличие от других деклараций, которые обязаны подавать все госслужащие, е-декларация включает в себя данные об имуществе не только декларанта, но и его родственников, включая ювелирные изделия, дорогостоящие вина, антиквариат, наличные средства и т.д. Неподача декларации или предоставление заведомо неверной информации предусматривают уголовную ответственность для декларанта.
В последний день, отведенный законодательством, свои декларации подали Генеральный прокурор Юрий Луценко, президент Петр Порошенко и лидер «Батькивщины» Юлия Тимошенко. Те люди, которые, по идее, должны были задавать тон в этой непростой процедуре электронного декларирования имущества украинскими чиновниками. Но ведущие политики тянули до последнего. Почему? Похоже, до последнего политическая элита страны надеялась на очередную отсрочку сроков декларирования.
Церкви, дома, вино и «наличка»
До начала электронного декларирования никто себе и представить не мог, какая денежная и имущественная масса находится на руках в украинских чиновников. Шутка ли, два бывших бизнесмена, а ныне народные депутаты Богдан и Ярослав Дубневичи — держат в наличности 700 млн гривен (около 24 млн долларов США). У других декларантов суммы кэша поменьше. У того же премьер-министра Владимира Гройсмана и его жены «под подушкой» — почти 2 млн долларов. Столько же в семействе главного налоговика страны Романа Насирова.
Отсутствие статусных наручных часов, картин, антиквариата, ювелирных изделий, VIP-машин, домов и квартир — скорее исключение для высших должностных лиц в Украине. Среди оригинального, попавшего в декларацию, — частная церковь у бывшего первого секретаря ЦК ЛКСМУ, а ныне — народного депутата Анатолия Матвиенко; четыре белых и один черный бриллиант, коллекция вин из 760 бутылок у министра внутренних дел Арсена Авакова; 52 земельных участка у народного депутата Дениса Омельяновича.
Конечно, среди декларантов есть люди, которые долго занимались бизнесом. Им будет проще объяснить происхождение накопленного имущества. Вопрос лишь в том — уплатили ли они с него налоги. Те же чиновники, которые всю жизнь пребывали на государственной службе, вынуждены будут рассказать антикоррупционным органам о происхождении своих миллионных капиталов, домов и квартир.
Что дальше?
Электронное декларирование в Украине уже назвали сеансом массового финансового стриптиза чиновников. Впервые за 25 лет независимости украинцы увидели, как живут «слуги народа». Оказалось вдруг, что в воющей стране, перебивающейся от кредита к кредиту МВФ, где минимальная зарплата — 60 долларов, существует целое сословие людей во власти, обладающих несметным богатством, большая часть которого находится в сейфах и под подушками.
Конечно, в тех условиях, в которых сейчас пребывает украинская экономика (более 60% — в «тени») по-другому, наверное, и быть не могло. Но за три года, прошедших со времен Евромайдана, в вопросах ведения бизнеса в Украине ничего кардинально не изменилось. Зарегулированные процедуры, откаты, наезды — это наследство эпохи Виктора Януковича, которое продолжает существовать и при нынешней власти.
Впрочем, главный вопрос после завершения электронного декларирования — как цивилизованному миру объяснить эти сотни-миллионы кэша в руках украинских чиновников. О чем после этого нужно говорить официальному Киеву, который представляют министры-мультмиллионеры, с представителями МВФ и стран, предоставляющих Украине финансовую помощь? Как премьер-министр, держащий деньги не на банковском счете, а в наличных, сможет убедить иностранных инвесторов доверять украинскому государству? Как должны поступать бизнесмены, которых призывают поддержать национальную валюту, а в это время глава Национального банка и президент Украины хранят сбережения на депозите в долларах, а не в гривне?
Все это вопросы — не праздные. Сейчас никто не может спрогнозировать возможные последствия процедуры электронного декларирования. Но очевидно одно: Украина проходит важный и необходимый этап. Этап, который, возможно, заставит политическую элиту думать не только о своем кармане, но и о стране. А избиратели, вооружившись знаниями об имущественном состоянии «слуг народа», надо полагать, будут теперь более требовательны к ним во время избирательных кампаний.
