В силу своей предыдущей профессии я видел множество допросов подозреваемых. Точно более ста. Понятно, что допрос, тем более подозреваемого в особо тяжком преступлении — это не собеседование о приёме на работу. Это крайне жёстская «беседа», в 99, 9 процентах случаев сопровождающаяся угрозами, шантажом и физическим насилием. И понятно почему. В противном случае получить какие-либо показания, хоть правдивые, хоть нет, просто невозможно.
На свете почти нет идиотов (я для них, так уж и быть, оставлю 0, 1 процента) которые просто так, по доброй воле, признавали бы свою вину, подписывая себе тем самым пожизненный, или близкий к тому, срок.
Ни в коей мере не оправдываю тех, кто насилие применяет — это просто констатация факта. Тем не менее, даже при этих изначально закладываемых расходах, такого измочаленного человека, как подозреваемый в подготовке терактов в Крыму, я не видел давно. Сотрудники ФСБ «молодцы», конечно.
То в пробирки по-нормальному нассать не могут, то выкладывают в сеть такую «запись допроса», которая может служить разве что доказательством о совершенном ими же самими преступлении.
Нет сомнений в том, что Панова душили надетым на голову пакетом. Отсюда абсолютно отёкшее лицо, губы и тяжёлое дыхание (впрочем, опять же, это стандартная пытка при даче показаний).
Нет сомнений, что с Пановым, чтобы получить от него всё необходимое, работали долго. Запись допроса длится всего 5 минут 33 секунды, но даже за это непродолжительное время — девять монтажных склеек. Мало того, несколько раз меняется положение камеры и освещение. В речи подозреваемого, при этом, вполне соблюдены стройность и хронология. Это значит, что Панов только в этом, отдельно взятом кабинете неоднократно отвечал на одни и те же вопросы, но на некоторые, видимо, отвечал не так, как надо ФСБ, или что-то «путал», и приходилось куски переписывать.
