Вообще, на войне убивают. Там убийцы — все, кто воюют. Это в самом деле так, как бы к этому ни относился человеческий закон. Человеческий закон обычно солдата на войне убийцей не считает, ведь это убийство санкционировано государством — источником человеческого закона. Но надчеловеческий закон любое убийство признает убийством и выносит соответствующие решения. Но это — разговор о высоком. Земная же суть состоит в том, что за убийства на войне обычно не судят. Кроме некоторых особо тяжких случаев. Ведь война — это и есть совместный акт массового убийства.
Начинать судить — придется судить очень многих.
Но в случае с Савченко оказалось еще, что она и к смерти журналистов непричастна. Что, в общем, конечно, ничего не меняет — солдаты мало разбирают, кого убивают. Особенно когда противник формы не носит и опознавательных знаков для невоенных не имеет.
И начинается странная судебная бодяга, имеющая две совершенно самоочевидные цели. Первая — добавить негатива к образу-репутации РФ — страны и народа — в глазах остального мира. Вторая — создать для Украины народного героя масштаба, минимум, Зои Космодемьянской, а пожалуй, и много бОльшего: сделать человека-легенду, по которому будут строить жизнь многие поколения.
И та, и другая цели выглядят совершенно бессмысленными, чтобы не сказать — антироссийскими. Один негатив без какого бы то ни было позитива.
В чем же смысл? Что РФ выигрывает от дела Савченко?
Ну, про РФ тут как раз ясно — ничего не выигрывает. Но определенные группы, действительно, выигрывают. Выигрывают от демонстрации своей «беспредельности», «безбашенности». Во — какие мы крутые пацаны! Нам всё по... — дальше идет нецензурщина.
В самом ли деле они такие крутые или только берут наших уважаемых геополитических партнеров «на понт» — здесь не так уж и важно. Имидж крутизны, безбашенности, нежелания считаться с приличиями они себе создают вполне успешно. И одновременно создают его нам всем.
Что с этим имиджем будут делать они, более менее понятно — обналичивать его в политических торгах: не тронь, я психический, а потом — про конфетку в потной ладошке. Вся эта дворовая дипломатия детей из не самых благополучных семей известна хорошо. И «меня ничего не колышит — ни приличия ваши, ни логика, ни ваше мнение» не является изобретением сегодняшних руководителей нашего государства.
Так что в явной этой бессмысленнице их логика, тем не менее, просматривается совершенно отчетливо: крики, катание по земле и размахивание кулаками, прерываемое на мгновение рассматриванием реакции окружающих — линия поведения, которая способна принести определенные дивиденды.
А вот что с этим же самым, добытым стараниями руководителей нашего государства имиджем будем делать мы — это в самом деле большой вопрос. Нам-то этот имидж зачем? Чтобы усилить страх при упоминании нашего имени?
Так мы ведь не только и не столько страх усиливаем. Сколько — презрение. И даже — отвращение.
В этом и состоит наш национальный интерес? Позвольте мне с нашими геополитиками не согласиться. Наш интерес в другом — вызывать к себе любовь и восхищение. А вызывать страх, ненависть, презрение — это прямо против нашего национального интереса. Если называть РФ «Россией», то это, как я уже заметил, и в самом деле получается антироссийская деятельность.
