Западная стратегия для России, идущей к упадку
Aspen Strategy Group, группа беспартийных внешнеполитических экспертов, сформированная бывшим советником национальной безопасности США Брентом Скоукрофтом и мной как Сопредседателем, недавно боролась с вопросом о том, как реагировать на действия России в Украине. А теперь НАТО борется с тем же вопросом.
В то время как Запад должен противостоять вызову Президента России Владимира Путина пост-1945 норме: не претендовать на территории силой, он не должен полностью изолировать Россию, страну, с которой у Запада совпадают интересы, касающиеся ядерной безопасности, нераспространения, борьбы с терроризмом, Арктики, а также региональные проблемы, такие как Иран и Афганистан. Кроме того, простая география дает Путину преимущество в любой эскалации конфликта в Украине.
Это естественно, злиться на обманы Путина, но гнев не является стратегией. Запад должен налагать финансовые и энергетические санкции для сдерживания России в Украине; но при этом, также не должен упускать из виду необходимость совместной работы с Россией по другим вопросам. Согласование этих целей не так просто, и ни одна сторона не выиграет от новой Холодной Войны. Таким образом, не удивительно, что когда зашел разговор о конкретных политических рекомендациях, группа Aspen была разделена между «отжимателями» и «дилерами».
Эту дилемму следует заложить в долгосрочную перспективу: Какой тип России мы надеемся увидеть через десять лет? Вопреки агрессивному использованию Путиным силы и шумной пропаганды, Россия является страной, которая находится в состоянии упадка. Нелиберальная стратегия Путина смотреть на Восток, ведя нетрадиционную войну на Западе, отключая свою экономику от западных капиталов, технологий и контактов, которые нужны, превратит Россию в газовую станцию Китая.
Некоторые из противников России могли бы приветствовать спад страны на том основании, что эта проблема в конечном итоге разрешится сама. Но это было бы недальновидно. Сто лет назад, падение Австро-Венгерской и Османской империй оказалось весьма разрушительными для международной системы. Постепенное снижение, как в Древнем Риме или в восемнадцатом веке в Испании, является менее разрушительным, чем одно быстрое, но в конечном счете лучшим сценарием будет восстановление и сбалансирование России в течение следующего десятилетия.
Свидетельства о спаде России широко распространены. Рост цен на нефть в начале века дал экономике России искусственный толчок, который привел к тому, что Goldman Sachs включил ее среди основных мировых развивающихся рынков (один из «БРИК», наряду с Бразилией, Индией и Китаем). Сегодня, однако, этот рост исчез. ВВП России составляет около одной седьмой от объема Америки, и доход на душу населения (в плане покупательской способности) в $18000, составляет примерно одну треть от США.
Нефть и газ составляют две трети российского экспорта, половину государственных доходов и 20% от ВВП, тогда как экспорт высоких технологий составляет лишь 7% от своего промышленного экспорта (по сравнению с 28% в США). Ресурсы выделяются неэффективно в целом по экономике, с коррумпированной институциональной и правовой структурой, которая препятствует частным инвестициям. Несмотря на привлекательность традиционной русской культуры и призывы Путина, чтобы повысить российскую мягкую силу, его запугивания посеяли недоверие. Немногие иностранцы смотрят российские фильмы, и ни один русский университет не вошел в мировой топ-100 в прошлом году.
Вероятность этнической фрагментации ниже, чем в советские времена, но она по-прежнему остается проблемой на Кавказе. Нерусские составляли половину населения СССР; они в настоящее время составляют 20% от Российской Федерации и занимают 30% ее территории.
Система общественного здравоохранения находится в беспорядке. Рождаемость снижается, смертность увеличилась, и в среднем по России мужчины умирают в шестьдесят лет. Усредненные оценки демографов ООН прогнозируют, что население России может сократиться с 145 млн в настоящее время до 121 млн к середине века.
Но, хотя Россия в этот момент, кажется промышленной банановой республикой, многие фьючерсы по-прежнему возможны. Она располагает талантливыми людскими ресурсами, и в некоторых секторах таких, как оборонная промышленность, может производить сложные продукты. Некоторые аналитики считают, что одновременно с реформированием и модернизацией, Россия сможет преодолеть свои проблемы.
Бывший президент Дмитрий Медведев, который был обеспокоен тем, что Россия попадет в так называемую ловушку среднего дохода, вместо того, чтобы достичь статуса развитой страны, изложил планы сделать именно это. Но было мало реализовано, в связи с безудержной коррупцией. При Путине, постимперская трансформация России не удалась, и Россия остается озабоченной своим местом в мире и разрывается между своей исторической европейской и славянской идентичностью.
У Путина нет стратегии для долгосрочного восстановления России и реагирует он оппортунистически — хотя иногда успешно, на короткое время — на внутреннюю безопасность, восприятие внешних угроз и слабости своих соседей. Россия, таким образом, стала ревизионистским спойлером международного статус-кво — тем, который стремится стать катализатором для других ревизионистских сил.
Но идеология антилиберализма и русского национализма является слабым источником мягкой силы, что страна нуждается в усилении своего регионального и глобального влияния. Таким образом, перспективы, что возглавляемый Россией Евразийский союз может конкурировать с Европейским союзом ограниченны.
Независимо от результатов ревизионизма Путина, ядерное оружие России, нефть и газ, навыки в кибер технологии и близость к Европе, все это даст ему необходимые ресурсы, чтобы создать проблемы Западу и международной системе. Разработка и реализация стратегии, сдерживающей поведение Путина, сохраняя при этом долгосрочное тесное сотрудничество с Россией, является одной из наиболее важных задач, стоящих перед международным сообществом сегодня.
Источник: A Western Strategy for a Declining Russia
Перевод: Вадим Барба
