.JPG)
Я связалась с Оксаной по телефону, и она сказала мне, что узнала о смерти Каддафи из интернета. Ее голос был очень расстроенным. Мы поговорили несколько минут, пока кто-то — возможно, ее муж? — не велел ей повесить трубку, и связь прервалась. Вот, что она мне сказала:
«Я и моя семья в глубоком трауре по нему. Даже мои родители, которые никогда с ним не встречались, очень расстроены, что он мертв. Как я и говорила, он остался в Ливии до самого конца. Я считаю его отважным героем. Он не бежал из страны, но остался, чтобы умереть на своей собственной земле, в своем родном городе Сирт. Все эти месяцы я надеялась, что ему удастся спастись. Мои подруги, другие украинские медсестры, работавшие у него, все вернулись на Украину — в его последний день рядом с ним никого не было. За что нам его ненавидеть или считать его тираном, если он дал нам работу и хорошо нам платил? У всех нас к нему остались только самые теплые чувства».
Балинская сказала, что хотела бы вернуться к своей жизни в Ливии. «С Каддафи или без, жизнь в Ливии несравнимо лучше для нас, чем здесь, на Украине. Я не могу дождаться, пока закончится война, чтобы вернуться домой, в Триполи».
Источник: The Daily Beast
Перевод: inoСМИ
