Против на воюет путинская Расея — казаки, чеченцы, шовинисты всех мастей, и — уже — армейские части регулярной армии Российской Федерации. Нас — 40-50 тысяч. Их — 20-25 тысяч. Мизерный перевес для успеха наступательной операции, когда противник держит оборону в бетонных коробках городов, прячась за спинами мирных граждан.
Вчера у нас было преимущество в тяжелом вооружении; теперь у них — сотни единиц бронетехники, артиллерии, реактивных систем залпового огня. Ценой неимоверных усилий мы идем вперед, десятками солдатских жизней расплачиваясь за поднятые над горсоветами флаги. Вырываясь вперед от основных сил, наступающие части попадают в окружение, где их расстреливают, как в тире, из всех орудий.
С тех пор, как Гиркин покинул Славянск, мы не уничтожили ни одной группировки противника, «освобождая» оставленные города часто почти без боя, в то время как наши части гибли от перекрестного огня артиллерии — российской и сепарастской в секторе «Д». Теперь шагреневая кожа сепаратизма перестала сжиматься, враг собрал все силы в кулак, и каждый населенный пункт становится маленьким «Грозным», за который идут упорные бои.
Взятие Луганска или Донецка ничего не изменит, пока Путин не остановит войну, или пока мы его не остановим. Решить военным путем — так, как сейчас — проблему сепаратизма не удастся. Потому что это уже давно не вооруженный сепаратизм, не антитеррористическая операция, а локальная (пока еще) война со всей российской империей. Потому что у нас катастрофически не хватает сил — на фронте воюет всего 10-15 тысяч добровольцев, когда их должно было быть 100-150 тысяч. Минимум.
Мало кричать «Путин — ху#ло»; надо брать в руки оружие, и идти защищать Украину. Война будет долгой и трудной.
Перестаньте аплодировать победным реляциям — война идет. До победы еще очень далеко. Время зашнуровывать берцы, и подниматься с колен.
