Когда я говорю «усугубляет», то имею в виду общественное мнение в западных странах, к которому тамошние политики и руководители чрезвычайно чувствительны.
Представьте для начала, как вся история нынешней войны в Украине выглядела раньше в глазах рядового европейца. Итак, он слышит о некоем вооруженном восстании (при поддержке России) русских людей, живущих в Украине, за право воссоединиться с родиной, ее культурой и языком. Да, это ломает международную систему безопасности, да, это очень не цивилизованно со стороны Путина (а кто его всерьез таковым считал), но ведь базируется на воле населения региона, составляющего большинство повстанцев. Стоит ли в этих условиях идти на серьезное обострение с Путиным, ведь разрыв взаимовыгодных торговых связей с Россией немедленно ударит по экономике Европы? Ответ понятен.
Сам по себе эпизод с самолетом ударил по этой картинке очень сильно. То, что у неких повстанцев может быть в руках оружие такой мощи, очевидно доказывает: нет никакого восстания, есть вооруженная агрессия России против соседнего государства, а боевики — солдаты Российской Федерации независимо от шевронов, и агрессор-Путин несет ответственность за последствия этой войны.
Впрочем, как я понимаю, добило европейцев не это. А то, что они обнаружили недалеко от центра континента доисторических варваров, принадлежащих к некоему другому цивилизационному пространству. Мародерство прямо перед камерами, перемещение тел до приезда следователей-экспертов, фактическое глумление над трупами ни в чем не повинных жертв, очевидное ограничение свободы заграничных специалистов производят на западных зрителей впечатление такое же, как если бы они попали в племя каннибалов. Потому и возмущение европейцев достигает невиданного уровня, потому и употребляют политики слова и формулировки, которые еще недавно казались немыслимыми, тем более, в адрес Путина.
Тупая кагебешная привычка всегда врать и заметать следы, даже если факты очевидны, играет сейчас с Путиным очень дурную шутку: он погружается в трясину своего дерьма все глубже, загоняя своих некогда «партнеров» в безвыходное положение, когда обострение неизбежно. Возьми он (Путин) курс на сотрудничество, вряд ли кто-либо вышел бы за рамки версии об ошибке (пусть и за нее нужно было бы заплатить). Но сейчас эта дерзость и всякий раз новая циничная ложь, сменяющая другую, неизбежно наводят на мысли, что ему и его бандитам просто на все плевать — и они могли сбить самолет специально.
Мне сложно судить, на что решатся европейские лидеры по получении результатов расследования, но поворотную точку в жизни Путин уже наверняка прошел.
